Валютный налог: курс на центральную Азию

Молодые люди и не представляют себе, как это было в CCCР: если у тебя в руках оказывался доллар, ты ощущал себя настоящим уголовным преступником. И, собственно, был им — советское законодательство сурово карало всех тех, кто пытался расстаться с самой стабильной валютной на свете и обменять ее на что-то менее надежное. 88-я статья советского УК предусматривала  от пяти лет до расстрела за «валютные махинации». Именно поэтому, собственно, советские люди и оказались нищими в момент краха своего государства. Большая их часть просто не понимала преимуществ хранения денег в иностранной валюте. Но даже те, кто понимал, не имели никакого доступа к ней.

По Москве ходила красивая легенда о выдающемся фарцовщике, которому удалось скопить — ни много-ни мало — миллион долларов. КГБ не трогал его потому, что знал о мечте наглеца и хотел сцапать его с заветной суммой в момент пересечения границы — фарцовщик собирался покинуть счастливую страну по вызову от израильских родственников. Но Комитет остался с носом: в ночь перед отъездом фарцовщик сжег всю сумму в присутствии западных дипломатов, которые затем подтвердили в банке невозможность вывоза валюты, номера банкнот которой были тщательно переписаны. И обналичены за рубежом. Сказка, конечно, но она великолепно иллюстрирует идиотизм системы, которую многие их нас еще помнят — и именно поэтому так поражаются новому валютному безумию, стремительно накрывающему Украину.

Можно, конечно, долго судачить о причинах намерений власти, о том, кто на самом деле может нажиться на 15-процентном налоге с продажи валюты, который ведь на самом деле не положен под сукно здравомыслия, а отложен только потому, что пацаны не все еще порешали с будущим большинством. Но есть две главных причины — некомпетентность и жадность. Конечно, легко руководить Национальным банком, когда у тебя денег по уши! А ты попробуй им поруководи, когда резервы тают, а у тут еще сверхзадача —

обогатиться. Вот ты и начинаешь выполнять обе задачи — решить проблему с дефицитом валюты и помочь себе в личной жизни. Отлично!

Можно, конечно, резонно указывать, что подобные меры подрывают стабильность национальной валюты, приведут к расцвету черного рынка, усилению криминальной составляющей в обществе и многим негативным последствиям, которые давно уже в подобных обстоятельствах расписаны и изучены. Но люди, принимающие самоубийственные для экономики решения, сами себя самоубийцами не чувствуют. Потому, что не ассоциируют себя ни с этой страной, ни с ее экономикой, ни с ее населением. И они убеждены, что главное — это быстрое накопление ресурсов, а там — хоть трава не расти. При этом самих их пресловутые меры, конечно же, не коснутся, они по обменникам не ходят, да и гривнами вряд ли расплачиваются. А где? Там, где они отовариваются, обедают, получают другие услуги, принимают пластик или валюту. А даже если бы и понадобился обменник, вопрос был бы решен по «реальному» рыночному курсу. Хорошо помню, как при схожих обстоятельствах я пытался поменять валюту в одной центральноазиатской стране, где курс национальной валюты был искусственно занижен и процветал криминальный черный рынок. В пресс-службе президента, у которого я приехал брать интервью, мне популярно объяснили, что в банки ходят только лохи, снарядили вместе со мной сотрудника и охранника — и мы поехали на базар, где ребята и поменяли мне валюту по курсу, в 10 раз превышающему официальный. Ну и какой экономика тогда была в этой чудесной стране? Никакой.

В Украине к этому все идет.