Викторианский календарь

Несколько лет назад, после головокружительного успеха БЮТ на внеочередных парламентских выборах, я написал статью «Юлианский календарь», посвященную возможным последствиям победы Юлии Тимошенко в состязании за пост президента страны.

Украина была обречена на авторитаризм. В штабах обоих кандидатов на пост президента готовились не просто к управлению страной, а к тотальному захвату власти.

Если прочитать этот текст сегодня — только заменить слово «юлианский» на слово «викторианский», то получится вполне точная картина современной Украины.

Именно поэтому я недоумеваю, когда в комментариях к собственным текстам я встречаю обвинения в «работе на БЮТ» или когда в телевизионных эфирах штатные пропагандисты власти подозревают меня в какой-то особой неприязни к Партии Регионов. И тогда, и сейчас я считал и считаю, что Украина была обречена на авторитаризм. В штабах обоих кандидатов на пост президента готовились не просто к управлению страной, а к тотальному захвату власти. То, что в администрации Януковича за изнасилование права отвечает юрист, еще недавно руководивший юридическим обеспечением БЮТ, не просто символично. Это указывает на неизменность календаря.

Многие мои коллеги, пришедшие в профессию с первыми ростками относительной свободы медиа, искренне верили, что Украина вырвалась из постсоветского тупика и стала маяком для остальных бывших советских республик. После многих лет работы в России и наблюдения за процессами по соседству с ней я могу засвидетельствовать, что это не так. Украинское общество глубоко провинциально и патриархально с точки зрения политического развития. И на самом деле до 2004 года мы жили как бы вне современной истории. Кравчук был нашим Хрущевым, отступившим от сталинизма, в котором украинское общество пребывало до 1991 года — вспомните пословицу о том, что когда в Москве стригут ногти, в Киеве отрубают пальцы, замученных деятелей культуры, засилье «красных директоров» — и вы все поймете.

Кучма — это Брежнев. Это застой — иногда добродушный, иногда зловещий, иногда с нищетой, иногда с деньгами, но застой. А Ющенко — это Горбачев, понимающий, что перемены нужны, но не знающий, в чем они состоят, желающий одновременно декорации демократизации и усиления собственной власти.

А Янукович — это Ельцин. Конечно, не Ельцин августа 1991 года, а поздний Ельцин, выстраивающий олигархическое самовластие и ликвидирующий любые зачатки участия граждан в строительстве новой России. Но и это еще не самое страшное.

Потому что после Ельцина бывает Путин. И безысходность.

Так вот от нас с вами зависит, появится ли этот Путин. Нам необыкновенно повезло. Повезло потому, что Ельцин был серьезным политиком с потрясающей биографией, а Янукович вообще не способен к управлению государством. Потому, что Ельцина интересовала власть, а Януковича Межигорье. Потому что Ельцина вся Россия считала царем, а Януковича «папой» считают только Сережа Левочкин и Аня Герман. Потому что Ельцин был велик, а Янукович  смешон. Потому что у Ельцина были Черномырдин и Чубайс, а у Януковича Азаров и Колесников. Потому что Ельцин не боялся серьезного, нередко драматичного поступка, а Янукович делает одни глупости.

В том числе и в деле Тимошенко. Этот процесс должен стать началом конца попыток построения авторитарного государства не потому, что Тимошенко — святая и не потому, что она лучше Януковича. А потому, что мы являемся свидетелями политической расправы, дата которой уже внесена в «викторианский календарь». И если мы остановим эту расправу — значит, и календарь будет аннулирован, наши часы пойдут иначе, мы если и не обгоним Россию, то уйдем в сторону от постсоветской траектории развития. Нужно только понять, что другого такого шанса в обозримом будущем может и не представиться.

Виталий Портников