К вопросу о коррупции: “Виктор Ющенко — история болезни” — 3

Национальный банк Украины (НБУ) — государство в государстве. По возможностям влияния в Украине НБУ мало чем уступает Кабинету Министров или Верховной Раде. Нацбанк контролирует все денежные потоки государства. Большая часть информации о НБУ закрыта и засекречена. Таковым главный банк страны сделала отнюдь не специфика его работы, а личный стиль долголетнего руководителя Нацбанка Виктора Ющенко, человека скрытного, чрезвычайно амбициозного и болезненно не переносящего критики.

Некоторые тайны Нацбанка времен Виктора Ющенко до сих пор хранятся за семью печатями. Но сначала — немного истории.

По сути, Национальный банк Украины никто не создавал. Просто когда все поняли, что Советский Союз разваливается, взяли и переименовали Республиканскую контору Госбанка СССР, а 7 октября 1991 года Верховная Рада утвердила Устав НБУ.

С момента создания деятельность Нацбанка постоянно сопровождают интриги, склоки, а зачастую и не вполне законные операции.

Так, за четыре месяца до создания НБУ главой его Правления был уже назначен В. Матвиенко. Таким образом, действующий тогда глава Украинского республиканского банка Госбанка СССР В. Буряк, никем не уволенный с должности, был поставлен перед свершившимся фактом, что стало для него неприятным сюрпризом.

Некоторые утверждают, что смена Буряка была “тройным ходом”, придуманным и реализованным при помощи Ивана Плюща, в те времена достаточно крепко связанного с сельским хозяйством, а значит, и с финансовым кланом при банке “Украина”. Цель комбинации состояла в том, чтобы убрать В. Буряка руками В. Матвиенко. С тем, чтобы в дальнейшем каким-нибудь компроматом расчистить это место для близкого к И. Плющу Вадима Гетьмана.

Компромат не заставил себя долго ждать, — осенью 1991 года разгорелась склока вокруг того, кому “снимать сливки”, связанные с контрактом на печатание новой украинской валюты — гривны. произошла разборка между “банкирами-профессионалами” (в лице зампреда правления А. Станкова) и “националами” (их представлял в банке назначенный по квоте “РУХа” другой зампред, А. Савченко).

“Националы” через связи в диаспоре срочно подрядили заокеанскую компанию “Canadien Banknotes”, а это не понравилось “профессионалам”, которые горели желанием передать выгодный заказ “своим” партнерам в Европе.

В результате скандала пострадал ставленник “РУХа” А. Савченко, его сняли с должности, а фирму “Canadien Banknotes” потеснили.

Главу банка В. Матвиенко вскоре настигла расплата Верховной Рады. Работа его была признана неудовлетворительной. Уволен он был с формулировкой: “за невыполнение постановлений Верховной Рады Украины по вопросам создания независимого Национального банка Украины и формирования собственной денежно-кредитной политики”.

А.Савченко вскоре был возвращен из опалы и назначен на почетную и вполне денежную должность украинского директора Европейского Банка Реконструкции в Лондоне. Как же после такого подарка сохранять “порочащие” связи с “РУХом”? Он их и разорвал.

На место главы НБУ 24 марта 1992 года Верховная Рада, по рекомендации И. Плюща, поставила В. Гетьмана, он же и подыскал выгодных партнеров для печатания гривны и строительства монетно-банкнотной фабрики.

Тогда Верховная Рада оказала еще одну услугу банкирам. Постановлением от 6 апреля 1992 года, за подписью И. Плюща, Нацбанку была передана база “Укрювелирторга” на ул. Андреевский спуск, 2 в Киеве (для создания “государственной сокровищницы”). Кроме этого, НБУ получил “транспортные средства согласно его заявке” и квартиры “для обеспечения жильем профессионалов, привлеченных для работы в центральном аппарате”.

Постановление называлось “О неотложных мерах по улучшению материально-технического обеспечения Национального банка Украины”, но во втором пункте его имелось следующее указание: “Поручить Управлению делами Верховной Рады Украины вместе с Национальным банком Украины до 1 мая с.г. решить вопрос о временном отселении Республиканского акционерно-коммерческого банка “Украина” в помещение филиала гостиницы “Октябрьской” по переулку Рыльскому в городе Киеве”.

Что общего между банком “Украина” и “неотложными мерами по улучшению материально-технического обеспечения Национального банка Украины”? Все очень просто. До этого времени банк “Украина” незаконно пользовался помещениями по ул. Институтской, 9 в здании Национального банка Украины. Такое положение вещей вызывало возмущение очень многих и Иван Степанович, используя повод “материально-технического обеспечения Национального банка Украины”, помог банкирам из АПБ “Украина” решить их небольшую “жилищную” проблему. За счет государства, как обычно. Помещения для “временного отселения” в Рыльском переулке вскоре перешли в собственность АК АПБ ”Украина”.

Особых успехов на посту главы НБУ у В. Гетьмана не было. В 1992 году Нацбанк произвел так называемую “кредитную эмиссию” на фантастически большую сумму — 700 миллиардов советских рублей (что равнялось 3,4 млрд. Долларов США). Это была не обеспеченная экономическими ресурсами безналичная денежная масса, большая часть которой была “прокачана” через АК АПБ “Украина” с прибылью для банка и его “постоянных клиентов”, но с тяжелыми последствиями для граждан.

Делалось же все это, естественно, “для пользы отечественного сельского хозяйства”, вот только в результате к концу года в Украине начался новый виток гиперинфляции, от которого пострадали и город, и село. Реальная средняя зарплата в Украине упала до 8-10 долларов США в месяц. Перед большей частью граждан во всей полноте встала одна проблема: как выжить.

Но финансового клана, к которому принадлежал Виктор Ющенко, проблемы выживания и нищеты касались мало. Клан процветал и набирал обороты, планируя захватить валютный рынок как плацдарм для усиления своего решающего политического влияния в Украине.

Однако вскоре с поста главы НБУ В. Гетьману пришлось уйти. Известно, что убрали его по требованию вновь назначенного осенью 1992 года премьер-министра Л. Кучмы. При этом Глава Правления НБУ сделал хорошую мину при плохой игре: он “добровольно” попросил отставки и заявил, что уходит в знак протеста против выхода из рублевой зоны.

“Знак протеста” В. Гетьмана выглядел несколько непоследовательным — с учетом того, что Вадим Петрович, наряду с президентом и премьер-министром, сам же и подписывал документы, предусматривающие выход Украины из “зоны рубля”, а, кроме того, по сведениям прессы, он заверял, “что реформа денежной системы не отразится на жизни граждан” (см. г-ту “Финансовый Киев” за 24 ноября 1992 г.). Впрочем, содержание предыдущей главы показывает, что у Вадима Петровича и Виктора Андреевича действительно были все основания считать выход из зоны рубля преждевременным для себя. Для них возможность игры на курсовой разнице и покупательной способности рубля между Киевом и Москвой, видимо, еще существовала.

Пост главы Национального банка Украины был ключевым для развития финансового бизнеса, и выпускать этот пост из собственной “зоны влияния” клан финансистов от сельского хозяйства не собирался. Зияющая пустота на месте главы правления НБУ для них несла в себе потенциальную угрозу занятия его конкурентами. Здесь вновь на помощь пришел верный Иван Степанович Плющ — “единомышленник” и “соратник” по политическому и банковскому бизнесу.

С некоторых пор для легковерных распространяется душещипательная история о том, как Ющенко был назначен главой Нацбанка. Мол, Гетьман и Плющ вынудили его пойти на это. К этому добавляется масса правдоподобных деталей о том, что Иван Степанович хитростью выманил Ющенко в парламент и поставил перед фактом необходимости его выступления и последующего утверждения (см. “Зеркало недели” No 20 (344), 26 мая — 1 июня 2001 года).

Не совсем так. Точнее — совсем не так. На пост Председателя Правления НБУ было пять претендентов. Для того, чтобы понравиться в парламенте, Виктор Ющенко представил нардепам свою короткую программу, клятвенно пообещав принять все меры для стабилизации денежного обращения и заверил, что будет работать “на полных оборотах” (см. “Правда Украины” 27.01.1993 г.).

Назначение на пост главного банкира было для Виктора Ющенко очень своевременным. Мало того, что оно открывало новые возможности для роста личного благосостояния и влияния, было качественным скачком в карьере. Как было упомянуто выше, следователи прокуратуры плотно “сели на хвост” будущей “надежде нации”, и новое назначение, безусловно, спасало его от уголовного преследования.

А что касается письма, которое один из следователей накануне голосования по кандидатуре Ющенко написал на имя Плюща с изображением всех “проказ” Виктора Андреевича во время его деятельности на руководящих постах в банке “Украина”, то оно таинственно исчезло, и нетрудно догадаться, кто именно об этом позаботился.

Нет сомнений, что постановление Верховной Рады от 26 января 1993 года о назначении В. Ющенко на пост Главы НБУ, ставшее результатом хорошо продуманного плана, не могло состояться без прямого содействия И. Плюща и вдумчивой “работы” В. Гетьмана.

Интересы Ивана Степановича Плюща при этом никак не пострадали. Напротив, — он стал счастливым обладателем акций в АК АПБ “Украина” на сумму 7 млн. рублей. Спустя девять лет Плющ, смеясь, расскажет в интервью газете “Зеркало недели”, что семь миллионов купоно-карбованцев равны теперь семи гривням. (“Зеркало недели” No 26 (350), 14 — 20 июля 2001 года). Как он считал, интересно?

Считать ведь следует по курсу доллара в 1992 году. Официально средний курс 1992 года $1 = 208 рублей. Таким образом, 7 млн. вышеупомянутых купоно-карбованцев превращаются в сумму свіше 33,5 тысяч долларов США (по меньшей мере). Прибавим к этому дивиденды за девять лет и, как говорится в рекламе, почувствуем разницу…

Не надо рассказывать сказку о “семи гривнах”, — до 1992 года одна акция АК АПБ “Украина” стоила 100 000 рублей. В марте 1992 года по предложению В. Гетьмана были выпущены дополнительные акции по 10 000 рублей. В любом случае, за “семь гривен” таких акций не купишь, да и в свободную продажу они не поступали, разошлись между своими, или как там у них сейчас говорится, — “нашими украинцами”.

Сейчас кандидат в Президенты Украины Виктор Ющенко, среди прочего, обещает “сменить систему власти” и бороться с коррупцией. Между тем, он сам принадлежит к верхушке финансово-политического клана, который эту самую коррупцию и породил.

Финансово-политические кланы, сделавшие ставку на Ющенко, давно уже навязывают своим согражданам отвратительно лживые мифы о его безупречном “профессионализме” и “реформаторстве”. Вот еще один пример такого “мифотворчества”, касающийся его деятельности на посту главного банкира Украины: “Виктор Ющенко появился из тени и энергично начал проводить работу по реформированию украинской финансовой системы. Прежде всего, он создал мощную команду специалистов-экономистов, которые стали во главе Национального банка Украины”.

Никто не спорит с тем, что Виктор Ющенко действительно “появился из тени”. Что касается остального, то результаты первых шагов В. Ющенко на посту главы правления НБУ были весьма плачевными. Это сейчас Виктор Андреевич говорит, что он “монетарист”, а тогда…

Одним из первых шагов главы НБУ В. Ющенко был именно выпуск в первом квартале 1993 года бумажных денег, которые увеличили обращаемую денежную массу в полтора раза. Оправданием этих действий для главного банкира послужила необходимость “предоставить средства на посевную”. Деньги были пропущены через подконтрольный клану Ющенко-Гетьмана АПБ “Украина”. В итоге в стране началась невиданная инфляция, а большинство колхозов стали должниками АПБ ”Украина”.

Уже к средине лета было выпущено 1,5 триллиона карбованцев необеспеченных товарными ресурсами бумажных денег, якобы “на посевную”. 75% из них были прокачаны через банк “Украина” (см. “Деловая Украина” No 65 1993 г.). До сельскохозяйственного товаропроизводителя эти деньги не доходили.

Но банкиры ими воспользовались, как всегда. Схема прокачивания была самой примитивной. Кредиты давались на сумму не менее миллиарда и только “своим людям”. В день получения кредита 15% от общей суммы клиент получал в кассе банка наличными и тотчас же возвращал эту сумму “в знак благодарности” банкиру. Оставшаяся сумма при помощи того же банка конвертировалась в доллары и поступала в полное распоряжение клиента. На возврате кредита никто особо не настаивал. Но если даже кредит возвращался, то в результате гиперинфляции “клиент”, возвративший банку кредит на вполне “законных” основаниях, наваривал себе на каждом миллиарде карбованцев, полученных летом и возвращенных в конце года, от 50 до 100 тысяч американских долларов. Ведь кредит выдавался под 360% годовых, а инфляция в 1993 году составила 10000%. По данным Мирового Банка, уровень инфляции в Украине во второй половине 1993 года был самым высоким в мире. И не зря член правления Украинского юридического фонда Владимир Сумин, вечная ему память, в одном из своих интервью рассказывал: “Сегодня они (банки) являются основными грабителями народа. Взял утром миллиард в кредит, купил доллары, а вечером их продал, заработал 100-150 миллионов карбованцев” (см. “Деловая Украина” No 58, 1993 г.).

Этого господину Ющенко показалось мало, и НБУ совместно с Кабмином доводят дополнительную денежную массу до 10,9 триллионов карбованцев, объясняя это “увеличением закупочных цен на сельскохозяйственную продукцию” (см. текст совместного Постановления КМУ и НБУ No 665 от 21 08.93 г).

Менее чем через месяц, 17 сентября В. Ющенко подписывает постановление, в котором эмиссия доводится до 16 триллионов крб. (см. текст совместного Постановления КМУ и НБУ No 744 от 17. 09.93 г.), а уже в ноябре В. Ющенко совместно с Е. Звягильским устанавливают вал “фантиков” в “граничном размере 22,5 триллионов карбованцев”!

Жизнь крестьян или шахтеров от этого лучше не стала. Зато с тех пор ни один день рождения денежного воротилы Ефима Звягильського не обходится без участия другого денежного воротилы Виктора Ющенко. А подружились эти господа на почве совместного служения горячо любимому украинскому народу. Эта “любовь” стоила “маленькому украинцу” 10000% инфляции к концу 1993 года, а его реальная зарплата упала ниже 8 долларов. Заставить бы самого Ющенко пожить на эти деньги, хотя бы месяца полтора.

“Основные направления денежно-кредитной политики НБУ на 1993 год”, утвержденные Верховной Радой, предусматривали увеличение денежной массы всего в 1,9 раза. В результате усилий Виктора Ющенко она выросла в 18,9 раза!

“Монетарист” выпустил “фантиков” в десять раз больше, чем планировала Верховная Рада.

Ну а в августе 1993 года в хранилищах НБУ были найдены 12 миллиардов старых российских рублей, которые (по неизвестным причинам) не были своевременно обменяны на новые. Газетчики приписали этот остаток нерасторопности НБУ, но некоторые эксперты утверждали, что имела место сорвавшаяся афера банкиров. Итог: 12 млрд. рублей, которые могли и должны были работать на экономику Украины, были превращены в груду слежавшейся макулатуры (см. “Деловая Украина” No 63, август 1993 года).

А в конце 1993 года В. Ющенко публично признался: “Мы не владеем информацией о наличии реальной суммы денег в Украине, не знаем, сколько ей нужно” (см. “Деловая Украина” No 95, декабрь 1993 года). Неплохое заявление для “профессионала”. А что же главный банкир делал целый год на своем посту? Некоторые журналисты утверждают, что Ющенко в 1993 году “углубился в изучение макроэкономики”, и даже на какое-то время совсем “скрылся из виду”, но, скорее всего, занимался он отнюдь не ликвидацией своей макроэкономической безграмотности. У него были совсем другие занятия.

Так, например, была выделена небольшая группа банков, для которых кредиты НБУ выдавались по цене в 3-5 раз ниже реальной цены кредита (см. “Деловая Украина” No 79, октябрь 1993 года). Зато в течение всего 1993 года В. Ющенко не смог сделать самого элементарного, — ввести новую систему банковских расчетов взамен устаревшей советской, действовавшей еще со времен А. Косыгина.

По этому поводу то и дело возникали недоразумения и конфликты между персоналом, клиентами и банковскими менеджерами, все просто путались в противоречащих друг другу инструкциях Госбанка СССР образца 1978 года. Но это пол-беды. Неразберихой вовсю начали пользоваться мошенники и аферисты всех родов. Особенно это касалось межбанковских расчетов.

В начале 1993 года главного банкира предупреждали и журналисты, и МВД, сообщавшие о появлении в межбанковских оборотах поддельных чековых книжек и фальшивых авизо. Что делает глава правления НБУ Ющенко? Он подписывает и рассылает Постановление N 57 от 15.07.93 года, но при этом… рекомендует “региональным управлениям и Национальному банку Украины” (т. е. самому себе?) “организовать работу с коммерческими банками по изучению и введению в действие новой системы межбанковских расчетов”. Таким образом, дело дальше “изучения” не пошло.

Тем временем грянул гром.

Органами МВД Украины была зафиксирована работа неустановленного телеграфного аппарата, с которого в течение июня-октября 1993 года были переданы 43 кредитовых авизо, по которым на счета клиентов Укрсоцбанка, Укрэксимбанка, Укринбанка, Проминвестбанка, Агропромбанка “Украина, Перкомбанка, Восточно-украинского биржевого банка “Гарант” были зачислены фиктивные денежные средства на общую сумму 153.130.600.000 крб. Почти все эти деньги сразу же после зачисления были сняты со счетов клиентов, обналичены и конвертированы в доллары либо переведены на счета за пределами Украины.

При среднем официальном курсе карбованца в 1993 году (1 доллар = 4539 крб.) сумма похищенных средств составила 33 736 638 долларов США. Операция поражала организационными масштабами, слаженностью действий ее участников и их поразительной осведомленностью в банковских технологиях и структуре банковских учреждений Украины. Так, например, преступники обладали информацией о ключах автоматической кодировки позывных и автоответов телетайпов всех банковских учреждений Украины. Кроме того, они обладали ключами криптографических кодов телеграфных кредитовых авизо и подтверждений к ним на каждый день 1993 года. Эта информация была секретной, а хранителем этой информации был Национальный банк, руководимый Виктором Ющенко.

Через некоторое время под внимание следствия попали люди, входящие в близкое окружение Виктора Ющенко. Эти люди были друзьями его семьи, ежегодно участвовали в праздновании его дня рождения, они имели беспрепятственный доступ в дом и в служебный кабинет Главы НБУ в любое время дня и ночи. Имя Виктора Ющенко числилось в списке лиц, которые регулярно получали продовольственные “пайки” от фирмы, возглавляемой людьми, попавшими под подозрение.

Подозрения получили подтверждения, и летом 1996 года трое подозреваемых были задержаны. Один из них был задержан в автомобиле, за рулем которого находился тогдашний председатель правления Народного банка В. Огиенко.

Указанный автомобиль марки “Мерседес” был арестован и впоследствии конфискован судом, поскольку был приобретен на деньги, полученные по фиктивным авизо (См. Приговор по делу No1-4/2000). Что касается В. Огиенко, то он в скором времени был рекомендован Виктором Ющенко на пост исполнительного директора Фонда гарантирования вкладов физических лиц. (См. Постановление Правления НБУ от 25 января 1999 года, No29).

Вскоре после ареста подозреваемых патронируемая Виктором Ющенко газета “Украина молодая” разразилась патетической статьей, обращенной к тогдашнему Генеральному прокурору с требованием немедленно выпустить на свободу “незаконно арестованных”. Досудебное следствие по делу велось более шести лет, материалы его составили 160 томов. Во время следствия при невыясненных обстоятельствах часть документов таинственно исчезла, в том числе и письменные указания о получении Виктором Ющенко в одной из фирм “пайков” с деликатесами и элитными спиртными напитками в 1993 году.

Три года в Киевском городском суде длилось судебное заседание. Никто из подсудимых своей вины не признал. Они говорили, что их использовали и подставили, и как один кивали в сторону банковской системы.

В числе свидетелей были многие высокопоставленные должностные лица этой самой банковской системы Украины, среди них — упомянутый выше В. Огиенко, к тому времени продвинутый на пост исполнительного директора Фонда гарантирования вкладов физических лиц НБУ, заместители председателя правления НБУ В. Кравец, Я. Солтыс и многие другие.

Среди “многих других” особый интерес вызвали директор физкультурно-оздоровительного комплекса Банкнотно-монетного двора Национального банка Украины В. Евсеев и президент фирмы “Юргарант” некий А. Святоцкий. Первый был Генеральным директором фирмы “*** GmbH”, на которую преступники перевели существенную часть имущества, приобретенного на украденные денежные средства. Что касается господина Святоцкого, то он в суде подтвердил тот факт, что лично в октябре 1993 возил из Ужгорода в Киев чемоданы с наличными карбованцами и передавал их “неустановленным лицам”.

Всего, таким образом, через его руки прошло 4 млрд. 75 млн. карбованцев. Даже в пересчете по тогдашнему рыночному курсу УМВБ (1доллар=31500 крб), это составило — 129 365 долларов США. При обмене же по официальному курсу НБУ (1доллар=5870 крб.) долларовый эквивалент составил 682 579. Кому предназначалась и была передана наличность в сумме более полумиллиона долларов, установить не удалось. Свидетель Святоцкий этих людей так и не вспомнил. (См. Приговор по делу No1-4/2000, лист дела 632).

По странному совпадению, как раз в то время, когда А. Святоцкий давал свидетельские показания в Киевском городском суде, премьер-министр В. Ющенко назначил его своим советником. (См. Постановление от 12 июня 2000 г. No953 “О назначении Святоцкого А.Д. советником Премьер-министра Украины”).

Точно при таких же обстоятельствах получил свое назначение и господин В. Евсеев, дававший свои показания несколько ранее Святоцкого. (см. Постановление от 31 января 2000 г. No178 “О назначении Евсеева В.В. советником Премьер-министра Украины”).

Не эти ли высокие назначения так плохо повлияли на память свидетелей?

В этом уголовном деле до будущей надежды нации следствию добраться так и не удалось, хотя некоторые члены следственной бригады и утверждали, что они сделали бы это, если бы им не помешали “товарищи наверху”. Они в один голос утверждали, что путаница с межбанковскими платежами, допущенная Нацбанком в 1993 году, и высокая степень осведомленности обвиняемых были делом вовсе не случайным.

Как бы там ни было, — не пойман — не вор, и Виктор Ющенко получил возможность продолжать свои ”реформы”.

Некоторые сейчас распространяют миф, будто бы выпуск бумажных денег, а, следовательно, и обнищание народа Украины — дело рук первого президента страны. Но напомним, что В. Ющенко участвовал в выпуске фантиков и после ухода Л. Кравчука с поста президента. Дефицит государственного бюджета покрывался, как и прежде, прямою денежной эмиссией НБУ. Следствием чего вновь стала рекордная гиперинфляция, превысившая 10250%, а валютный курс карбованца за 1994 год снизился в 8,3 раза. Ко всему еще добавился жесточайший кризис неплатежей, явившийся результатом непродуманных действий главного банкира и ударивший, в первую очередь, по карману людей, которые жили на одну зарплату. Зарплату эту просто перестали выплачивать и долги по ней росли месяцами.

Так что и в 1994 году В. Ющенко не достиг больших успехов в деле “стабилизации денежного обращения”, которую он обещал при вступлении в должность.

Непродуманность действий НБУ, по оценке экспертов, заключалась в том, что монетарные ограничения, которые он проводил, приводили лишь к кратковременному ограничению инфляции, но при этом накапливались неплатежи и долги по зарплате, которые, в конце концов, приводили к новому выпуску “фантиков” и к новому скачку инфляции.

1994 год отмечен еще одним достижением банкира-реформатора. 29 января было издано совместное постановление Кабмина и НБУ No49 “О контроле над выдачей в 1994 году средств, направленных на потребление”. Смысл этого постановления заключался в том, чтобы урезать до предела фонд заработной платы и ограничить возможности предприятий всех форм собственности платить своим работникам хоть сколько-нибудь приличную зарплату. И хотя постановление вместо Ющенко подписал его первый зам. Стельмах, без его согласия такое постановление не вышло бы. Скорее всего, Ющенко просто не хотел светиться.

В 1995 году экономика несколько окрепла, но в базе данных Верховной Рады содержится постановление от 8 февраля 1995, где черным по белому написано: “По просьбе Кабинета Министров и Национального банка Украины разрешить Национальному банку Украины осуществить первичную кредитную эмиссию в феврале 1995 года в объеме 25 трлн. крб…” “По просьбе” НБУ, т.е. Виктор Ющенко сам об этом просил.

Надо ли говорить, через какие банки прокачивалась эта эмиссия? Естественно, что на зарплату учителям и шахтерам эти деньги не пошли. В 1995 году В. Ющенко дал распоряжение засекретить сведения о долгах по зарплате. Он лучше всех понимал, что так называемая “монетарная” политика проводилась за счет затягивания поясов ”работяг”.

Многим журналистам и политикам тех времен запомнилась циничная фраза, брошенная им как бы невзначай: “Если денег на решение проблемы задолженности по зарплатам нет, то их — нет, и значит, нужно выплачивать лишь текущую зарплату, оставив задолженность на потом” (“Зеркало недели” No 39 (156), 27 сентября — 3 октября 1997 года).

Под предлогом пользы для Украины ее гражданам — простым гражданам — было предложено просто голодать.

Между тем, 21 ноября 1995 года Верховная Рада Постановлением 439/95-ВР утвердила задним числом распределение прибыли Нацбанка, полученной в 1994 году, и использованной в 1995. Общая сумма прибыли Нацбанка за 1994 году составила 8 триллионов 268 миллиардов карбованцев, что по среднему курсу НБУ года равнялось 57 818 181 долларов США. Из этой суммы только на “финансирование мероприятий по социальной защите работников системы” было потрачено 458 млрд. 500 тыс. крб., или 3 206 293 долларов США (см. Постановление Верховной Рады Украины “Об отчете о работе Национального банка, баланс его деятельности и сводный баланс банковской системы и распределение прибыли Национального банка Украины за 1994 год” от 21 ноября 1995 г. No439/95-ВР).

Как расшифровать слова “мероприятия по социальной защите работников системы”? Очень просто. Это — когда сами финансовые профессионалы с очень чистыми руками, а также их родственники, включая сватов и кумовей, ни в чем отказа не знают. Конечно, за счет “системы”, т.е., в конечном итоге, за счет населения.

За 1995 год прибыль НБУ составила 14 триллионов 83 миллиарда 400 миллионов, что по среднему курсу НБУ года равнялось 96 605 775 долларов США. Из этой суммы вновь на “финансирование мероприятий по социальной защите работников системы” было израсходовано 1 триллион 66 тыс. крб. Или 7 236 587 долларов США (см. Постановление Верховной Рады Украины “Об отчете о работе Национального банка, баланс его деятельности и сводный баланс банковской системы и распределение прибыли Национального банка Украины за 1995 год” от 19 июня 1997 г. No376/97-ВР).

Так что, для одних “контроль над выдачей средств” и “денег нет” даже на зарплату, а для других — полный государственный пансион в виде “мероприятий по социальной защите работников системы” на миллионы долларов США и полная бесконтрольность в расходах.

Сейчас В. Ющенко ставит себе в заслугу введение гривны.

Но и это вызывает сомнения. Стабилизация карбованца на отметке 190-200 тысяч за 1 доллар произошла еще в конце 1995 года, но тогда он вводить гривну побоялся. На проведении денежной реформы настоял не кто иной, как Павел Лазаренко, причем настоял в самой жесткой форме. Именно П. Лазаренко стал Председателем Государственной комиссии по проведению денежной реформы, где В. Ющенко был всего лишь заместителем. Именно П. Лазаренко позаботился о том, чтобы реформа была “предельно честной и открытой”, без дискриминаций и конфискаций, хотя все сводилось к очень тонкому психологическому расчету. Все привыкли, что государство их обманывает, поэтому каждый, кто мог, прослышав о предстоящем обмене купоно-карбованцев на гривны, кинулся переводить свои небольшие сбережения из купоно-карбованцев в доллары. Некоторые так боялись быть “кинутыми”, что спускали накопления по спекулятивному курсу; за 1 доллар давали от 200 тыс. крб. — в Киеве, до 250 тыс. крб.- на периферии.

Однако, как и было обещано, в течение двух недель сентября 1996 года все старые дензнаки были обменяны на новые без каких-либо ограничений, по курсу 100 тыс. крб. = 1 гривна.

И все очень удивились и даже возгордились, дескать, какое честное государство и какой хороший парень главный банкир.

Сам он не исчезал с экранов телевизора, и пыжился, гордо вещая об “открытости и прозрачности”.

Но… эксперты были очень удивлены, когда 2 сентября 1996 года курс гривны был обозначен