Ночь и день

Если ночью после парламентских выборов еще можно было относительно хладнокровно рассуждать на политические темы – об альянсах, количестве голосов, отданных за ту или иную партию и действиях победителей в новом парламенте, то утро вернуло нас в реальность. Украинскую реальность.

Центризбирком стал сообщать результаты голосования, весьма отличающиеся от социологических прогнозов. Конечно, представители ЦИК могут убеждать нас, что социология – это одно, а подсчет – что-то совершенно другое. Но это ложь. Во всем мире результаты экзит-пулов совпадают с результатам выборов в пределах нескольких процентов. Да, бывают случаи, когда победитель выборов по экзит-пулам оказывается проигравшим по подсчету голосов. Но это тогда, когда разрыв между кандидатами составляет два-три процента. То, что происходит сейчас – очередной подлог, который не так уж сложно доказать математически: именно с помощью математики доказывала подлог

на выборах российская оппозиция.

То, что происходит сейчас в мажоритарных округах – вообще даже не фальсификация, а грубый беспредел, в очередной раз напоминающий, что власть в стране контролируется хорошо организованной группировкой, поставившей себе на службу государство и его силовые структуры. Но почему должно быть иначе в стране, где незаконным образом формируется парламентское большинство, а Конституционный суд используется для присвоения президенту полномочий, с которыми его не избирали? Так и должно было быть. И большинство Партии Регионов в парламенте – вещь запрограмированная. Как и запрограмированным является большинство избирателей, которые этой партии и этой власти не доверяют – это великолепно продемонстрировали результаты экзит-пулов.

Именно поэтому выборы не изменили главного: ощущения оккупированной, изнасилованной страны. Страны, в которой власть, не пользующаяся доверием избирателей, продолжает с нахрапистостью, достойной лучшего применения, вести государство к пропасти. И судьба этого государства – это показали выборы, и реальные результаты и нереальный подсчет – будет решаться отнюдь не в парламентских стенах.

Виталий Портников