Подслушанные разговоры или беседы восточных славян

Подслушивать нехорошо – это этическая аксиома, но выходя из дома, я не привык затыкать уши ватой и невольно слышу различные диалоги в уличной среде. Думаю, читателям, будет полезно ознакомиться с мыслями некоторых жителей крайнего востока Украины (еще пока Украины). Своих мыслей и комментариев, намеренно, не привожу.

9 декабря 2009 года. Сценка в Ощадбанке.

В очереди стоят несколько женщин, за ними упитанный мужчина (около 55 лет), следом щуплый пенсионер лет 65-ти. Из разговора мужчин становится понятно – «Упитанный» — бывший шахтер, пришел получить пенсию.

Щуплый робко: — Юлька обещала шахтерам добавить пенсию.

Упитанный: — Брешет собака! Сама ворует миллиарды! Тварь проклятая!

Упитанный подходит к кассе.

Кассир: — Сколько будете снимать?

Упитанный: — А сколько начислили?

Кассир называет (я не прислушивался, скажу честно, было нудно стоять, хотелось побыстрей оплатить коммунальные услуги и уйти).

Упитанный радостно краснеет: — Сниму 1800 гривен.

Щуплый: — Ну что, добавила?

Упитанный сыто хрюкает: — Угу!

Щуплый: — Сколько?

Упитанный: — Гривен 300.

Щуплый: — Ну, это неплохо! Так жить можно!

Упитанный еще сильнее багровея: — Сволочь, воровка! Чтоб ей пусто было! Сколько наворовала!

9 мая 2010 года. Сценка на рынке.

Недалеко от меня встречаются две подруги-пенсионерки лет 60-ти. Тары-бары, то да сё.

Бойкая хвастается: — А мне добавили 75 гривен!

Робкая: — За что?

Бойкая: — Это что проклятая Юлька недоплачивала!

Робкая: — Так тебе пенсию повысили?

Бойкая: — Нет, пенсия осталась 650 как была, это что курва-Юлька украла.

Робкая: — Ты уже получила?

Бойкая: — Ещё нет, обещали скоро дать.

Робкая: — А это за какой месяц?

Бойкая: — Это за 5 месяцев, всё что Юлька недоплатила. Всё как Янукович обещал.

Обычно я не вмешиваюсь в чужие разговоры, но тут не выдержал.

Я: — Так Янукович обещал по 300 гривен!

Бойкая разогреваяясь: — Ничего такого он не говорил.

Я: — Как же не говорил? Во весь голос кричали, что Юлька недоплачивает каждому пенсионеру по 300 гривен, обещали, как придут к власти, всё доплатят, начиная с ноября. А теперь, всего по 15 гривен вместо 300.

Бойкая: — Шо ты брешешь!

Я: — Да я не пенсионер, мне то что. Это же он вам обещал и обманул, а вы радуетесь, вместо того чтобы требовать обещанное.

Бойкая разъяряясь не на шутку: — Что ты наговариваешь на Януковича! Ходють тут всякие! Брешуть! Янукович всё выплатил, не то, что Юлька-воровка!

Я: — Так вы же ещё не получили даже эти 75 гривен, а говорите, что всё выплатил?

Бойкая впадая в невменяемое состояние: — Да ты …! Ты …! Пошел …! Гады, всех вас …!!!

Хотел ей посоветовать, чтобы узнала у родимого любимца когда он поднимет пенсию до обещанных 1800-2000 гривен, да пожалел её. Еще кондрашка хватит от ярости и злобы.

9 мая 2010 года. Сценка на рынке в торговых рядах.

Пустынно, покупателей нет. Несколько торговцев переговариваются между собой. Длинноволосый мужчина 35-40 лет, милая женщина 35-40 лет, крепкий, флегматичного вида мужчина лет 50. Доносятся обрывки разговора: « Бендеры … работать не хотят …».

Волосатый: — Молодец Янукович, правильно показал проклятым бендерам!

Милая женщина: — Западэнцы работать не хотят, всё за границу шляются, а потом тут на Украине пенсию им плати!

Волосатый: — Они только воду мутят, не работают, нахлебники!

Флегматик: — А я читал, что самые большие долларовые поступления а Украину приносят именно заробитчаны.

Волосатый: — Да что там они приносят! Бендеры! Им бы только людей резать! Правильно их Янукович давит!

Флегматик: — А ты-то что радуешься? Что Янык хорошего сделал? Цены за торговое место поднял? Обещал налоговые каникулы, а теперь отменяют единый налог, скоро и фиксированный отменят. Тогда попрыгаешь от радости.

Волосатого такая перспектива явно не радует. Возразить вроде нечего, но он продолжает хорохориться: — Янукович теперь дулю западэцам даст. Теперь всё сюда, на Донбасс пойдет, заживем нормально! А бандеры пусть лапу сосут! Фашисты! Сидят на нашей шее! Мы их кормим, кормим а они всё недовольны!

Вся эта торговая троица мои знакомые. Последние 10-12 лет они кормят исключительно своих покупателей … накрутками на товар в 100-200%!  В шахте, как и на западной Украине не бывали ни разу.

Почему-то вспомнился Аркадий Аверченко. Неужели к дождю?

Черты из жизни рабочего Пантелея Грымзина

Ровно десять лет тому назад рабочий Пантелей Грымзин получил от своего подлого, гнусного хозяина-кровопийцы поденную плату за 9 часов работы — всего два с полтиной!!!
— Ну, что я с этой дрянью сделаю?.. — горько подумал Пантелей, разглядывая на ладони два серебряных рубля и полтину медью… — И жрать хочется, и выпить охота, и подметки к сапогам нужно подбросить, старые — одна, вишь, дыра… Эх ты, жизнь наша распрокаторжная!!
Зашел к знакомому сапожнику: тот содрал полтора рубля за пару подметок.
— Есть ли на тебе крест-то? — саркастически осведомился Пантелей.
Крест, к удивлению ограбленного Пантелея, оказался на своем месте, под блузой, на волосатой груди сапожника.
— Ну, вот остался у меня рупь-целковый, — со вздохом подумал Пантелей. — А что на него сделаешь? Эх!..
Пошел и купил на целковый этот полфунта ветчины, коробочку шпрот, булку французскую, полбутылки водки, бутылку пива и десяток папирос — так разошелся, что от всех капиталов только четыре копейки и осталось.
И когда уселся бедняга Пантелей за свой убогий ужин — так ему тяжко сделалось, так обидно, что чуть не заплакал.
— За что же, за что?.. — шептали его дрожащие губы. — Почему богачи и эксплуататоры пьют шампанское, ликеры, едят рябчиков и ананасы, а я, кроме простой очищенной, да консервов, да ветчины — света Божьего не вижу… О, если бы только мы, рабочий класс, завоевали себе свободу!.. То-то бы мы пожили по-человечески!
Однажды, весной 1920 года рабочий Пантелей Грымзин получил свою поденную плату за вторник: всего 2700 рублей.
— Что ж я с ними сделаю, — горько подумал Пантелей, шевеля на ладони разноцветные бумажки. — И подметки к сапогам нужно подбросить, и жрать, и выпить чего-нибудь — смерть хочется!
Зашел Пантелей к сапожнику, сторговался за две тысячи триста и вышел на улицу с четырьмя сиротливыми сторублевками.
Купил фунт полубелого хлеба, бутылку ситро, осталось 14 целковых. Приценился к десятку папирос, плюнул и отошел.
Дома нарезал хлеба, откупорил ситро, уселся за стол ужинать… и так горько ему сделалось, что чуть не заплакал.
— Почему же, — шептали его дрожащие губы, — почему богачам все, а нам ничего… Почему богач ест нежную розовую ветчину, объедается шпротами и белыми булками, заливает себе горло настоящей водкой, пенистым пивом, курит папиросы, а я, как пес какой, должен жевать черствый хлеб и тянуть тошнотворное пойло на сахарине!.. Почему одним все, другим — ничего?..
Эх, Пантелей, Пантелей… Здорового ты дурака свалял, братец ты мой!

ШИЛО

zp8497586rq