Семейные (драго)ценности

Почему у одних политиков все хорошо, а другие отправляются в тюрьмы и ссылки.

Задержание в Лондоне сына бывшего киргизского президента Максима Бакиева, некогда практически в одиночку распоряжавшегося бизнесом своей маленькой республики, вновь напомнило о крахе империи Бакиевых, создававшейся на фоне революционного энтузиазма и усталости киргизов от многолетнего правления Аскара Акаева. Когда размышляешь о трудной участи Максима Бакиева, ожидающего экстрадиции в Соединенные Штаты и возможного многолетнего заключения, и о судьбе его отца Курманбека, живущего на попечении Александра Лукашенко, начинаешь задумываться: почему же не все «семьи» на постсоветском пространстве не счастливы одинаково? Почему у одних все получается, а другие коротают время в ссылке и тюрьмах?

Первый украинский президент Леонид Кравчук как-то сказал мне, что, находясь на высшем государственном посту, он стремился править так, чтобы после отставки иметь возможность прогуляться по Крещатику. Это, конечно же, анахроничный тип мышления. У большей части вождей и мысли нет ни об отставке, ни о том, чтобы после нее гулять по Крещатику, Тверской и прочим не окруженным заборами магистралям. Но это еще не означает, что все постсоветские президенты ведут себя одинаково. И различия состоят прежде всего в подходе к самому понятию «семья».

Кто-то, как Борис Ельцин, превратил «семью» в ядро широкого кланового объединения, участники которого совместно отстаивали свои интересы. Об успешности такой конструкции свидетельствует путинская эпоха. Ельцина давно уже нет, но его ближайшие родственники и те, кто был непосредственно связан с бывшим президентом, не могут пожаловаться на потерю накопленного, а некоторые значительно все умножили. Свои позиции в России фактически утратили лишь те, кто либо не нашел общего языка с «семьей» в последний ельцинский период, либо проиграл во внутренних конфликтах.

А у кого-то, как у Бакиева, «семья» — это значит семья. Дети, братья, прочие родственники. Чужой в этой семье может лишь работать на ее обогащение, рассчитывая на то, что ему перепадут крошки с барского стола. Такая модель существования, как правило, вызывает звериное раздражение всей остальной элиты и крах такого любвеобильного «папы». Сейчас бакиевским путем идет украинский президент Виктор Янукович. Из лидера и презентанта большого донецкого клана и примкнувших к нему политиков и бизнесменов он постепенно превращается в классического отца семейства. Состояние его старшего сына растет как на дрожжах. И то, что украинским олигархам из ближнего президентского круга все еще удается приумножать богатства, объясняется разве что ограниченными — пока — ресурсами родственников Виктора Федоровича.

Могут возразить, что защита интересов собственной семьи отнюдь не помеха долголетнему правлению. И в доказательство привести Александра Лукашенко, чей младшенький — Коля — давно уже стал важным атрибутом диктатуры, а старшие сыновья активно участвуют в управлении государством и его собственностью. Но Лукашенко — как, впрочем, и центральноазиатские сюзерены, чей срок правления исчисляется nolvadex pils десятилетиями, — пришел к власти тогда, когда никакой олигархической экономики и в природе не существовало. В результате Лукашенко стал первым, если не единственным, белорусским олигархом, а предприниматели в Казахстане или Узбекистане получали возможности обогащаться с благословения Нурсултана Назарбаева и Ислама Каримова. Вот на этом-то этапе обогащения и возникают сыновья, дочери, зятья — словом, круг родственников. Но интересы этого круга охраняются незыблемым режимом, не предполагающим смены правителя. К тому же обогащение родственников в этом случае выглядит не столько главной целью, сколько инструментарием диктатуры.

В киргизском же или украинском случае мы присутствуем при любопытнейшем эксперименте — воцарении небольшой семьи над уже существующей олигархической махиной. Логика сохранности собственности диктует два варианта развития событий — либо расширение круга зарабатывающих до ельцинских размеров, либо укрепление авторитаризма. Бакиев, а теперь и Янукович, идут по второму пути просто потому, что руководят не Казахстаном или Россией и понимают, что денег и собственности просто не хватит на всех. Единственное, что трудно просчитать в таком случае, — реакцию элиты, привыкшей, что с ней делятся, и умеющей менять власть. Бакиеву не удалось стать Лукашенко, и пришлось поселиться у Лукашенко. Посмотрим, что удастся Януковичу.

Виталий Портников