Суд – Зуд – Зад

Право, не помню, как называется подобный вид вербальной игры. Но суть его в следующем: в словах, одно из которых по условиям забавы следует превратить в другое, (чаще всего, в какой-то мере противоположное по смыслу), одинаковое количество букв. За один ход можно менять одну букву. Цель – как можно меньшим количеством шагов добиться результата.

В свете сегодняшнего примера — задание очень легкое. Превратить «суд» в «зад» можно, как видите вы, уважаемые читатели-собеседники, за два приема… Да еще и переходное слово будет достаточно смысловым. Знаковым, если хотите.

Вы посчитали, что я позволила себе неуважительно трактовать отечественное судопроизводство, употребляя при этом определения на грани вульгарных? Ни в коем разе. Это позволили себе другие. Давайте, как у нас с вами водится, взглянем на происходящее непредвзято, исходя из фактов происходящего и напоминая себе фразы, произносимые сегодняшними ньюс-мейкерами.

Но сначала – вот о чем. Есть в Украине люди, которые по результатам заседания минувшей пятницы могут в полное дыхание восклицать: да здравствует Печерский суд – самый тимошенковский суд в мире! В соответствии с их искренними симпатиями, таких людей называют «юльками» (ударение на втором слоге, на букву «а»). Вы не знали о подобном определении? Так на современном гражданском политическом сленге, причем без ярко выраженного негатива, именуются фаны Юлии Владимировны Тимошенко. Те, кто не особо задумывается о том, виновата-не виновата в инкриминируемых преступлениях их любимица, а просто восхищаются ею как несгибаемым реальным противовесом янучарству, премьером, при коем набор овощей на борщ не стоил как красная икра, может – как прелестной и остроумной женщиной (нужное подчеркнуть, ненужное – вычеркнуть, свое добавить).

Да только вот беда. Я не могу вскричать славу Печерскому суду вместе с ними. И вам не советую ликовать. Очень хочется отрешиться от фамилий, от симпатий-антипатий, и посмотреть на резонансные судебные процессы над украинскими оппозиционерами с точки зрения законов и обычнейшей логики.

Объективность и непредвзятость, как я посмотрю, самые сложные жанры. Не в делах публицистического творчества, не в политических выступлениях. А вот, как говорится, «по жизни». Но если сегодня, по случаю резонансных процессов, мы не научим себя пользоваться этими жанрами, это будет дурно и небезопасно для будущего правовой системы страны, а следовательно, для нас, как судящих так и судимых.

Так почему же гипотетические «юльки» могут по результатам 22 июля аплодировать в какой-то мере Печерскому? Потому, что для любого непредвзятого наблюдателя — судебный процесс работает исключительно на обвиняемую. И она сама для этого ничего не делает. Вне контекста реальных (или надуманных, суд не завершен) претензий, обвиняемая выглядит и для страны, и для мира жертвой политических репрессий (проведенных бездарно). Ну, подумайте сами, я всего лишь «заскладирую» фактаж для истории.

22.07. Судья Киреев , по ходатайству защиты, но не ломаясь, принял решение зачитать обвинительное заключение еще раз. Во-первых, он, таким образом, согласился с тем, что аккурат неделю назад, в пятницу 15.07 он был неправ, приняв решение зачитать данный документ без присутствия подсудимой, удалив ее с заседания из-за невставания и необращения «ваша честь». Потому что иначе – зачем зачитывать второй раз, если неделю назад все «буквы и духи» были соблюдены? Согласны? Да, более того. Тимошенко что, 22-го встает и величает? Нет. Так ее следует немедленно изгнать с заседания? Нет? Пятница пятнице рознь? А почему?..

Ну, хорошо. Прокурор, Лилия Фролова, «декламирует» текст вдругорядь. И тут – опа! Оказывается, что подсудимой под роспись вручили один текст обвинительного заключения, а на бис провозглашают совершенно иной. По крайней мере, сторона защиты указывает на целый рад страниц, изложенных по-другому. Тут не сходится многое, в обвинении спутаны «даты, сроки, обстоятельства». Это (как и фантастическое изменение текста обвинительного заключения вообще) практически немыслимо в правовом государстве.

Прокурор Фролова, извините за сленг, менжуется. Она говорит: «технические ошибки». Да полноте, зачем же так об этом, коль скоро есть и воистину смешные оББписки. Слово «диверсификация» в тексте обвинительного заключения трижды написано по-разному. Я, как человек, далекий от экономики, от того, чтобы предельно грамотно растолковать смысл термина, но в силу профессии нормально обращающийся с «трудными словами», могу сказать, оно в любом случае пишется одинаково. Старая шутка о пьяном гусаре, допустившем в трехбуквенном слове «еще» четыре вот эти самые, глубоко технические ошибки?..

Сторона защиты выступает с ходатайством: мы готовы дать любой срок ГПУ, дабы она привела обвинительное заключение в надлежащий вид (они не цепляются к грамматическим ошибкам, они – исключительно о том, чтобы текст, врученный обвиняемой под роспись, соответствовал тексту, типа повторно зачитываемому как обвинение в ходе слушания, вот такая мелкая деталь). Судья Киреев отстаивает . Что отстаивает? Да бастионы правосудия по-янучарски. А как же объяснить иначе то, что донельзя затянув заседание (пятничное действо длилось с 9.00 до 21.00), он сам последние часы пытается…сформулировать обвинительное заключение устно (практически с нуля?!). Но получается, по мнению незаангажированных юридических экспертов, тоже дурно. Где-то так более двух часов судья, препираясь со стороной защиты, формулировал-формулировал, и вышло, что Тимошенко обвиняют в том, что она, будучи премьер-министром и политическим деятелем обвиняется в том, что своими действиями «хотела усилить к себе доверие со стороны избирателей». Ну-ну. Давайте «вылезем из танка», из постоталитарного танка. Подобное своими действиями призваны делать все без исключения политики. Тот же Янукович, который, соответственно программе, «почує всіх». Разве нет?

Есть одна деталь – если лицо, занимающее ту или иную государственную должность — для того, чтобы «усилить к себе доверие со стороны избирателей», вдруг приметьтся совершать противоправные действия с этой целью, такое лицо долженствует попасть под судебное преследование. И лицу долженствует быть доведено обвинительное заключение, положения коего попытаются опровергнуть адвокаты. Так какое обвинительное заключение считать настоящим в нудном деле Тимошенко? Разве что пойти по принципу, «здесь – читать, здесь – не читать, а здесь мы рыбу заворочивали»…

Конечно, мы с вами не воспримем гипотетических восторгов вышеупомянутых «юльков». Да и вообще, как можно поверить, что Печерский суд, в данном случае, под орудой Киреева, героически совершает буквально партизанскую акцию, бездарностью своей деятельности и нестыковками дела проявляя в стиле саботажа протест режиму? Так что же тогда происходит?!

Прикинем. Начнем с более легкого прегрешения. Неспособность клерков написать «трудные слова» без ошибок, неспособность чиновничьего племени организовать резонансный процесс без судорог (это когда председательствующий затягивает одно из заседаний донельзя, словно подозревая, что ли, что завтра и он, и обвиняемая могут оказаться в ином мире) – следствие того, что даже на фоне предыдущих ошибок правосудия Украины – при янучарах в судебную ветвь рекрутируются совершенные невежды. Второе наблюдение – потяжелее. Соперники любой ценой хотят убрать Тимошенко с политического поля. Это некий панический страх пред лицом реального, безальтернативного на данный момент, харизматического соперника. Этого более всего, выглядя смешным, хотел Ющенко. О «ночном желании»Януковича (поскольку никакого «януковича» в качестве самодостаточного политика попросту нет, я говорю о нынешнем режиме) и говорить нечего. И вот, в результате, мы, исходя из нынешнего течения судебного процесса, никогда не узнаем, преступила ли закон Тимошенко. Узнаем только «съели или не съели»?…

И наконец – третье наблюдение за процессом. Позволять себе неаккуратность и нарушение законодательства позволяют потому, что уверены: мы (граждане) этих «тонкостей», еще раз пардон за сленг, не вкурим. Более того, именно таким течением резонансного процесса нас приучают к условиям: эти всякие правила, попросту «буржуазные штучки». Ну, вот, говорит же нардеп-регионал, осуждая желание стороны защиты получить время на ознакомление с 15 томами дела, ораторствует же Валерий Бондык, публично произносит, и, судя по выражению того, что принято считать лицом, излагает без юмора: «они что, в армии не служили? Там все делается за пять секунд».

Смеяться, ли, плакать ли… Не по Тимошенко плакать, по любому из граждан, долженствующим столкнуться с подобным подходом к правосудию.

Да, кстати, о заде, так сказать, заявленном в заголовке сегодняшних заметок. Есть такой судья Николай Замковенко. У него пестрая биография. В 2001-м, при Кучме, он судил Тимошенко, и именно он «выпустил» ее из СИЗО. Кучма (его режим, поскольку никакого «кучмы» в качестве самодостаточной личности на втором президентском сроке тоже не было), говорят, изобиделся и впаял Замковенко стараниями Генпрокураты что-то около двух лет условно, естественно, опершись на иное дело, приписав «халатность». Тимошенко подобрала его (мало ли подобного она подбирала, что ее не красит), Замковенко стал нардепом по списку БЮТ. И успешно БЮТ предал. Теперь его опять именуют «судья» . И ныне он на информационном плаву. Посчитал, что по делу Тимошенко-2011 есть главным ньюсмейкером. С интервью не слазит. Но что говорит? Весь Инет обошла залихватская фраза: «у меня бы Юля задом не виляла».

Ну, право, хочется «прилететь с Луны», или хотя бы сделать вид, что рассматриваешь украинские реалии из правовой цивилизованной страны. Вы можете представить себе такую фразу в этом самом цивилизованном мире, и более того, со стороны человека в мантии? Пусть дающего отнюдь не знаковое для себя интервью по поводу слушания малозначимого дела юной проститутки, пойманной с минимальной дозой «травки»? Да слопали бы его без соли коллеги-юристы за хамство, уместное лишь в вокзальной разливайке. А чего не догрызли бы, то бы слопали разумные нераздетые феминистки, за пресловутый сексизм – вдобавок.

Мы терпим подобное правосудие? Или согласны с игрой, где за два хода из суда получается зад?

К огромному сожалению, сейчас актуально второе утверждение. Впрочем, в понедельник, 25-го, следующее заседание «Пещерного». Продолжим быть наблюдателями театра абсурда?.. Или что?

Виктория АНДРЕЕВА