Это оккупация?

С сентября 1997 по январь 1999 года я жил в Питере. Городе с замечательными людьми и отвратительным климатом. Тогда это был город Собчака, город Старовойтовой. Сейчас это город Путина и Медведева…

Говорят, что в России никогда не было демократии. Это не так. Демократия в России была. Кривая, косая, но была. Была свободная пресса. Было центральное телевидение с разными точками зрения.

Особенно остро это чувствовалось во время кризиса 1998 года. Тогда десятки миллионов людей переключали каналы с НТВ на ОРТ, с ОРТ на РТР, а потом снова на НТВ, а потом снова на ОРТ… И получали более-менее объективную картину.

В Украине кризис в 1998 году тоже был. Но сравнивать эти два кризиса – все равно, что сравнивать сильные волны с цунами.

Экономическое волнение в Украине привело к падению курса гривны. В России (за всю не скажу, но в Питере – точно) настал локальный апокалипсис. Многие компании прекратили работу. Люди не знали когда получат зарплату и получат ли когда-либо вообще.

В непривычно пустых переходах метро ветер гонял рваные газеты. Покупатели смели из магазинов весь джентльменский набор – соль, сахар, спички… А потом вернулись и смели все, что оставалось.

На оптовых продуктовых рынках цены были в разы выше, чем в тех магазинах, которые еще не закрылись по причине отсутствия товара. На базарах цены выставлялись в долларах. У каждой торговки был свой курс. И этот курс скакал как мячик со смешенным центром тяжести.

Никто не знал что будет завтра.

Когда мне говорят: «Украина – не Россия. Демократия и выборы у нас будут всегда», я вспоминаю Питер конца девяностых.

Если бы тогда питерцу сказали, что в России выборы превратятся в формальность, то он бы рассмеялся вам в лицо.

Выборы в России были. Но пришел кризис. Кризис 1998 года напугал всех так, что частичный отказ от демократии в пользу «стабильности и порядка» показался отличным выходом.

С таким планом и пришли к Ельцину его «семейные» олигархи. И указали на некоего Владимира Путина как на того, кто обеспечит стабильность и порядок этим самым олигархам.

Ельцин согласился и прозвучало знаменитое «я устал, я ухожу».

Вот только оказалось, что частичного отказа от демократии не бывает. Она или есть, или ее нет. И некоторые «семейные» олигархи это почувствовали на себе. Один оказался в тюрьме, второму удалось сбежать в Лондон. Теперь у них тоже стабильность. И порядок.

Березовский и Ходорковский получили урок, выучив который, ничего изменить уже не могут. Поезд демократии ушел. А Путин остался.

Да, Украина пока еще не Россия. Но с каждым днем становится ею все больше.

Я был на митинге в поддержку ТВі. Общался с многими хорошими и интересными людьми. И снова слышал: «Ну, эти выборы мы проиграем, а вот в 2015!..»

Да, если подоходить к этим выборам как к обычным очередным, мы их проиграем. А вот в 2015… А вот в 2015 никаких выборов уже не будет. Как нет их в России, как нет их в Беларуси.

Выборы не нужны Путину. Выборы не нужны Лукашенко. Выборы не нужны Януковичу.

Выборы уже выполнили свою роль – привели к власти Путина, привели к власти Лукашенко, привели к власти Януковича. Теперь они им не нужны.

В 2002 году провластные силы набрали в сумме 18%. ЗаЕдУ набрала 11,8%, СДПУ (о) – 6,3%.

И тем не менее весной 2004 года провластной коалиции для изменения Конституции не хватило всего 6 голосов. Представьте – имея фактическую поддержку в 18%, нагнуть почти 2/3 парламента!

А сейчас одна только Партия регионов имеет рейтинг около 25%. Соберет ли она 300 голосов для пожизненных выборов Януковича в парламенте – вопрос.

Вопрос, на который знать ответ абсолютно не хочется.

А вот вопрос, на который мы должны сами себе дать ответ, звучит так: То, что делает Янукович и ПР – это оккупация?

Или это просто плохая власть? Или может быть хорошая?

Если это просто плохая власть, тогда можно рассуждать о выборе меньшего зла и крутить носом.

А вот если это внутрення уголовно-совковая оккупация, тогда эта власть должна оказаться за гранью хорошо/плохо. Она должна быть вообще вынесена за рамки демократического процесса. Потому что демократической не является.

Мой ответ – да, это оккупация. Поэтому потенциальные лидеры сопротивления сидят в тюрьме. Независимые телеканалы лишаются частот и выбрасываются из кабельных пакетов. Сбор налогов не сильно отличается от сбора дани. А журналистов избивают полицаи.

Людям нужно объяснять разницу между плохой властью и оккупационной.

Потому что народ может избрать антидемократов. Вот только переизбрать их уже не сможет.

Роман Шрайк